Вы здесь

40 вопросов

На данной странице отображены ответы на часто задаваемые вопросы

  1. Евгения Валерьевна, в чем для Вас заключается уникальность русской культуры?
  2. Скажите, какое место в Вашей жизни занимает храм Божий?
  3. А на Ваш взгляд, как часто необходимо ходить в церковь?
  4. Евгения Валерьевна, скажите, что, по-вашему, мешает православному человеку быть счастливым?

Ответы

  1. Евгения Валерьевна, в чем для Вас заключается уникальность русской культуры?

    Для меня уникальность русской культуры заключается в таком несомненном русском качестве, как покаянность. Это та пронзительная нота, которая присутствует во всем нашем культурном наследии. Даже когда русский человек веселится и пляшет, он осознает свое несовершенство и греховность пред Господом. Человеческая душа чувствует, что ничего достойного не сделала она перед Богом, чтобы хоть как-то соответствовать той милости, которую даровал ей Всевышний. Стремление русского человека покаяться дарит ему особый взгляд на самого себя и свои поступки. Даже у разбойников просыпается душа, которая плачет под тяжестью собственных грехов. Покаянность – это доминанта русской культуры, она видна во всем. Другая особенность – это беззлобный русский юмор, с его иронией и особенно самоиронией. Когда, например, я читаю деревенские рассказы Василия Шукшина, то плачу и смеюсь одновременно. Потому что нет в них места для унижения и зубоскальства, нет вульгарности, пошлости и потакания низменному. А есть лишь всеобъемлющая жалость к себе и героям – к плохим и хорошим – к простым русским людям…

  2. Скажите, какое место в Вашей жизни занимает храм Божий?

    Когда православный христианин входит в храм как к себе домой – в этом нет ничего хорошего для него. Для тех, кто служит в Церкви – храм, действительно, становится словно дом родной. Но нельзя забывать, что, прежде всего – это дом Божий. И мы должны входить в церковные врата с искренним смирением в душе. Если чувство благодатного трепета постепенно уходит из твоего сердца, то надо срочно бить тревогу. Может быть, полезно иной раз и дома посидеть. В храме всё всегда преобразовывается. К храму – как к дому Божиему – нужно испытывать постоянное благоговение в душе. Я знаю священника, который всю свою жизнь служит, а до сих пор, заходя церковь, всякий раз почти плачет от умиления. Когда я спросила его: «Батюшка, отчего вы плачете?», он ответил мне: «Я до сих пор не могу привыкнуть к тому, что Господь наделил меня такой великой милостью: терпит меня и допускает до храма Своего». В любви ко Всевышнему человек должен полагаться на честность перед самим собой. Ведь Богу не нужны фальшивые ноты и неискреннее послушание. Господу нужно наше чистое сердце. А разве нам самим не важно – услышать свою душу: чего она хочет? что она ищет? насколько она нелицемерна в храме? Приход в храм не должен просто стать потаканием веянию времени: все идут – и я пойду. Или элементом удачного сватовства: юношу приличного найти, хорошую партию себе составить или замуж успешно выйти. И то, что ноги привели вас в церковь, совершенно не означает, что душа ваша находится там же. Мне хотелось бы, чтобы мы чаще задавали себе искренние вопросы и честно пытались найти на них ответы: «И с чем же мы приходим в храм? Что с собой мы туда приносим? А не грязь ли это с жизненной помойки?» Посещение храма не может и не должно стать обыденностью для православного христианина.

  3. А на Ваш взгляд, как часто необходимо ходить в церковь?

    На этот счет существуют разные мнения среди священнослужителей. Я уже много лет пою на клиросе в своем храме, и поэтому на подобный вопрос всегда отвечаю, что ходить в церковь нужно столько, сколько Бог пошлет тебе сил. Иногда их нет, иногда превозмогаешь усталость – и всё равно отправляешься на службу. Когда я только-только воцерковлялась, то посещала все церковные службы. И один священник меня спросил: «Вы что, не работаете?» «Нет, у меня есть работа», – ответила я ему с удивлением. «А что же Вы на все службы приходите? Работайте, занимайтесь своим делом. А вот состаритесь, выйдете на пенсию – и будете на каждую службу ходить». Тогда наш разговор меня очень озадачил. Он состоялся почти двадцать лет назад. Но сейчас я понимаю, что это был мудрый ответ. Для времени, в котором мы с вами живем, так естественно, что храмы открыты, и службы в них ведутся регулярно. У всех верующих христиан существует возможность беспрепятственно, не опасаясь за свою жизнь и жизнь своих близких, посещать дом Божий. И то сейчас не на все службы ходят, ссылаясь на отсутствие времени. Среди моих знакомых есть люди, которые поют на клиросе более пятидесяти лет. И они рассказывали, что в советское время тайно ночью уходили в пригородные храмы, чтобы попасть на утреннюю службу. Шли берегом озера. Особенно был опасен этот маршрут осенью и весной. А работали они в таких местах, что если бы на работе узнали, то следовало ждать скорого увольнения, а то и тюремного заключения. Несмотря на эти опасности, они ходили в храм. И службы были не так часто, как сейчас, а когда Бог давал послужить – тогда и служили. Именно в наше с вами время верующие стали задаваться вопросом: «А сколько раз в месяц нужно ходить в храм?» Для меня этот вопрос – не по существу. Но каждый человек должен осознавать свои силы и понимать свои задачи, возложенную на него ответственность. Я считаю, нельзя бросить ребенка, который пришел вечером из школы, не помочь ему с уроками, не накормить, не выслушать, а идти молиться в храм. Оставить свою семью и детей, работу – мне видится, неправильным, нехристианским поступком. Нельзя жертвовать счастьем и благополучием близких людей. Ведь существуют негласные обязанности, которые женщина, и, тем более, девушка должна выполнять. И ходить в храм столько, сколько душа просит. В конце концов, каждый человек должен иметь смелость – взять ответственность за свою душу. Не то, что тебе кто-то сказал: «Ты должна». Это надо делать по любви к Богу, по жажде Бога, по тому, сколько ты хочешь и можешь молиться. Чтобы не превращалось богослужение в повседневность, не уходило. Если же появляется сильнейшая тяга к служению, то нужно идти в монастырь, уходить из мира, не суетиться, а всецело посвятить свою жизнь Господу – и только этим и заниматься. Если человек пришел в храм, стоит и молится перед иконами, а у него в это время дом горит, то надо иметь очень большое дерзновение – и жить уже не в миру. Но вряд ли кто дерзает на такую святость.

  4. Евгения Валерьевна, скажите, что, по-вашему, мешает православному человеку быть счастливым?

    Прежде всего мы должны задать себе вопрос, что православный человек считает для себя «счастьем»? Радость о Христе Воскресшем – вот источник нашего с вами постоянного христианского счастья. Радость эта такова, что ее руками не схватишь – ловить надо душой. Но, увы, у людей не получается удержать надолго это светлое чувство. Вышли мы из церковной ограды – и споткнулись о первый же попавшийся соблазн. И светлая радость наша улетучилась, как будто и не было ее. А порой из-за гордыни люди берут себе крест не по своим силам, не по разуму взваливают на себя дела и обязанности. Отказываются слышать голос совести. Силятся поднять слишком тяжелое, а опустить, поставить на землю – перед другими стыдно. И нет уже никакой радости нести этот непомерный груз. Я считаю, что отсутствие четкой цели, несоответствие между желаемым и возможным, ложь себе и окружающим – мешают людям почувствовать себя счастливыми и нести свой крест с радостью перед Господом. Необходимо вести постоянную духовную борьбу, чтобы радость и благодать Божия не исчезали из нашей жизни. Для меня настоящее счастье – суметь передать слушателю через свое пение всё то, что волнует душу. Это помогает мне не замечать многих трудностей в жизни.